СТАЛИНГРАД ПРОТИВ САМООБМАНА

"У меня появился в Польше друг, и он не журналист. Это так приятно - дружить с поляком и чтобы у него не было служебного задания бороться с российским империализмом. И вот этот мой польский друг написал текст, а Российско-Польский центр разместил его на своем сайте. Читайте настоящего поляка, который НЕ согласен с тем, что пишет польская пресса о России", - написал политический обозреватель МИА "Россия сегодня" Дмитрий Бабич, представляя текст, который мы публикуем ниже

 

Впервые статья опубликована на сайте Российско-польский центр диалога и согласия


Правда состоит в том, что конкуренция с Россией идет давно. Эта конкуренция идет не на парадах, она заключается в борьбе за влияние на новые, возникшие после распада СССР государства. Если бы не эта "реальная повестка дня", отравляющая отношения между нашими странами, дискуссии вокруг отмечаемого 9 мая события были бы явлением нормальным и нужным. Впечатления, оставленные войной, да и понимание источника этих впечатлений у поляков и россиян - разные. Вдумчивое, не оскорбительное ни для одной из сторон изучение этой разницы могло бы стать дорогой к взаимному уважению и взаимопониманию. И первого, и второго россиянам и полякам сейчас не хватает. Но в речах, прозвучавших в Гданьске, не было приглашения оппонента (России) к дискуссии. Много было слов о вреде тоталитаризма и пользе демократии, но не нашлось времени помянуть тех советских ветеранов, чей воинский подвиг в свое время сделал празднование нынешнего Дня Победы возможным – в том числе и на Вестерплатте, да и в других местах. Такой подход к событиям семидесятилетней давности - это явное неуважение не только к ветеранам, но и к тому полумиллиону россиян, который 9 мая в рамках акции "Бессмертный полк" прошел по улицам Москвы. 
<figcaption>Неужели Польша выиграла бы, если бы СССР проиграл под Сталинградом</figcaption>
Неужели Польша выиграла бы, если бы СССР проиграл под Сталинградом

Вспоминая о Второй мировой войне, СМИ в Польше все чаще говорят о событиях 1939 года, о сходстве между гитлеровским и сталинским режимами и т.д. Но как же можно проводить даже то скромное "размышление о войне", которое президент Коморовский обещал провести в Гданьске, - как можно его проводить без учета и значения, скажем, Сталинградской битвы, да и других великих сражений на советско-германском фронте?

Российский взгляд на Сталинградскую битву проявил себя в недавнем фильме Федора Бондарчука, во многом перекликающемся с антисталинской эпопеей покойного писателя Василия Гроссмана "Жизнь и судьба". А что мы в это время обсуждали в Польше? Мы обсуждали объявленный "книгой года" в 2012 году опус Петра Зыховича "Пакт Риббентропа-Бека". Что предлагает своим читателям автор, Петр Зыхович? Он пишет, что вместо драки с нацистами Польше в 1939 году стоило заключить с "третьим рейхом" союз. (!) И в этом союзе приступить к сражению с «общим смертельным врагом наших двух народов, да и всего человечества». Формально Зыхович имеет в виду большевизм и основанный большевиками СССР, но любой мало-мальски знакомый с контекстом читатель поймет: Зыхович проигрывает в своей фантазии реализацию упущенного тогда, в 1939 году, «шанса» - союза с третьим рейхом против России.

Выходит, Зыхович мечтал бы и об ином исходе Сталинградской битвы. Да, похоже, наши два народа, два «нарратива» о прошлом и в самом деле разошлись кардинально. И потому сегодня особенно важно сказать правду о Сталинграде – правду, свободную от наших сегодняшних политических разногласий.

Сталинградская битва стала одним из важнейших событий двадцатого века. Это не только название сражения, сопровождавшегося гибелью множества людей и тотальным разрушением города. Сталинград – это и символ спасения европейского континента. Символ сохранения в нашей жизни самих понятий гуманизма и человечности, которые могли бы исчезнуть, победи в той битве Гитлер. И тот факт, что название этого события частично совпадает с партийным псевдонимом Иосифа Джугашвили – этот факт не должен быть препятствием для увековечивания памяти о том, что творилось на берегах Волги на рубеже 1942-го и 1943-го годов. Эти события навеки войдут в историю с заглавной буквы – как Сталинградская Битва.

Не мешает же частичное совпадение с фамилией Сталина существованию в Париже и Брюсселе Сталинградских площадей. Никто не видит в этом культа Сталина. А вот в Польше после 1989 года все названия, связанные со Сталинградом, исчезли. Исчезла и табличка на площади, где я жил, - на бывшей площади Защитников Сталинграда.

Может быть, нам стоит вспомнить слова Гитлера, произнесенные им в августе 1939 года перед нападением на Польшу: «Посылаю дивизию «Мертвая голова» на восток. Польша будет вычищена от своих обитателей и заселена немцами. Судьба России будет такой же». Если бы мы эти слова почаще вспоминали, мы поняли бы, что Сталинград – это символ и нашего спасения, достойный нашего вечного почета.

Политическая мысль Германии накануне Второй мировой войны восточных соседей, мягко говоря, не жаловала. Развитие шло по схеме: от ликвидации государств – к ликвидации наций. От политического разглагольствования произошел быстрый переход к практике варварства. И вот именно под Сталинградом наступлению этого варварства был положен предел.

Не у одной России прошлое было «непредсказуемо». Польская историческая память тоже не раз поддавалась самым неожиданным переоценкам. В последние годы закрепилась привычка ставить знак равенства между коммунизмом и гитлеровским нацизмом. При этом предполагается, что главной причиной развязывания Второй мировой войны стал пакт Риббентропа-Молотова. И книжка Зыховича исходит именно из такого взгляда на историю. Если оба соседа были злодеями, то стоит примыкать к тому из двух, кто тебе в данный момент выгоден.

Но если бы этот взгляд был верным, как можно было бы объяснить следующий никем не оспариваемый факт. В 1941 году США и Великобритания, государства либеральные и демократические, заключают союз с коммунистическим СССР – государством, противостоящим им и идеологически, и духовно. Если бы СССР и вправду был не лучше Германии, стали бы Вашингтон и Лондон с ним «ручкаться»? В сегодняшней, насаждаемой государством польской «наррации» о Второй мировой войне факт военного союза западных демократий с СССР просто не находит объяснения.

Современные авторы, включая Зыховича, переводят дискуссию о Второй мировой войне в зону сослагательного наклонения – мол, вот что было бы, сложись события чуть по-другому? Мол, кто знает, не приняла ли бы Вторая мировая совсем другой оборот? Красная Армия в этих калькуляциях предстает как вторгшийся в нашу страну новый оккупант. Игнорируя очевидные факты, такое видение прошлого может привести к не менее страшным бредням, чем недавние книжки и интервью Петра Зыховича.

Почему так происходит? Всему виной вышеописанные политические калькуляции. По версии польских газет, образ вермахта и нацистской Германии предстает чуть ли не положительным на фоне несчастий, которые якобы несла Красная Армия. Произведенное в угоду сегодняшней политической конъюнктуре искажение правды затемняет тот факт, что в сороковые годы оккупировавшие Польшу и часть СССР немцы дошли до утраты человеческого облика. Эту версию событий интересным образом подтверждает обращенная к россиянам фраза Ежи Помяновского: «Вы нас спасли, но не освободили». Но разве вызывает сомнения тот факт, что еще чуть-чуть – и не было бы кого спасать от немцев?

Мы просто не имеем права в нынешней медийной суете забывать реальные факты. В первую очередь – планы и действия немцев в отношении народов за их восточной границей. Между тем для сохранения «польскости» самой Польши и ее народа просто необходимо помнить о предлагавшихся Гитлером «решениях» славянских вопросов.

Зыхович и другие забывают, что нацистский рейх отвергал все духовные накопления христианско-просветительской культуры. Нацистами полностью отвергались такие вещи, как культура демократии и неприкосновенность человеческой личности.

Не стоит забывать и о том, что нацизм планировал восстановить в Европе такое явление, как рабство. Рабами в полном смысле этого слова должны были стать славяне. Сначала – россияне, а потом и поляки и южные славяне. И, конечно, в этом «прекрасном» новом мире не должно было быть места для евреев. Вот перспектива «жертвы и палача», о которой мы обязаны никогда не забыть.

Если бы мы, поляки, смогли ментально соразмерить зло того периода и факты, которые нас спасли от гибели, то были бы более зрелым народом.

Войчех Домославский, пенсионер

Варшава

Перевод: Дмитрий Бабич

 

Our commenting rules: You can say pretty much anything except the F word. If you are abusive, obscene, or a paid troll, we will ban you. Full statement from the Editor, Charles Bausman.