ATTN Fake News Fighters: Our Summer Fund Drive is LIVE!
Our Summer Fund Drive is LIVE!

Глава РИСИ: "Американцы на Майдане, что шведы под Полтавой"

Директор Российского института стратегических исследований (РИСИ) рассказывает о том, как формируется наша политика в отношении соседей и чем закончится новая битва России с Западом.

Впервые интервью опубликовано на сайте КП


В уставных документах Российского института стратегических исследований записано: «Учредитель – Президент Российской Федерации». РИСИ является одним из ведущих «мозговых центров» администрации президента. В зону его особой ответственности входит Украина. О том, как формируется наша политика относительно братской страны, каковы ставки в новой Полтавской битве России с империей Запада, и почему победа будет за нами, директор Института Леонид Решетников рассказывает политическому обозревателю «КП» Алексею Панкину.

Image icon 148372.x.jpg
Леонид Решетников - директор Российского института стратегических исследований
<figcaption>Пока Россия не вмешивалась во внутренние дела своей соседки Украины, заокеанские политики вели себя в Киеве как гостеприимные хозяева. Американский сенатор Джон Маккейн на Майдане | Фото: РИА Новости</figcaption>
Пока Россия не вмешивалась во внутренние дела своей соседки Украины, заокеанские политики вели себя в Киеве как гостеприимные хозяева. Американский сенатор Джон Маккейн на Майдане | Фото: РИА Новости

«МЫ ШЛИ ЗА СОБЫТИЯМИ»

- Леонид Петрович, с ноября 2013 по февраль 2014 года политика России на Украине производила сюрреалистическое впечатление. Майдан бурлит, бутылками с зажигательной смесью бросаются, американские и европейские лидеры толпами туда ездят, а от нас только: «Это внутреннее дело Украины, мы не вмешиваемся!» Почему так?

- Еще в 2012-году наши украинские коллеги-политологи, которые предпочитали встречаться с нами даже не в офисах, а в кафе и на улицах, говорили нам: «Вы опоздали, вы уже не справитесь, чтобы удержать ситуацию здесь, в Киеве, чтобы Украина осталась дружественной. Уже во всех кабинетах сидят западные советники, как в Москве в 1990-е годы».

Наш институт писал об этом все время, но чтобы понять, как принимались решения, нужно знать, о чем писало посольство, спецслужбы, другие организации. Это, знаете, как в 1941 году. Да, Зорге сообщал, что 22 июня Гитлер нападет, а другие лихие ребята, которые в других местах сидели, говорили, что войны вообще не будет. И тут уже товарищу, который возглавлял нашу страну, пришлось самому выбирать.

- Откуда такая пассивность?

- Мне кажется, мы так и не расстались с марксистской догмой про то, что бытие определяет сознание. Ну, нельзя все связывать с экономическими возможностями или интересами. Мой родной Харьков полностью зависит от России в экономическом смысле. Но это мало влияет на идейность молодежи, которая в городе сейчас в большинстве антирусская.

- В это невозможно поверить…

- Еще в советское время, когда я учился в школе, в университете нам вкладывали в голову, что мы отдельны от русских. И я замечал, как люди, мои товарищи с русскими фамилиями, с армянскими и еврейскими фамилиями, переходили на эти позиции, не являясь украинцами или малороссами. А после 1991 года на «отдельность» легла пропаганда, антирусская, антироссийская. На этом воспитывалась молодежь.

Знаете, у нас какая страшная проблема, на мой взгляд? Мы увлеклись теориями создания российской нации, забыв о русском народе. Нам не надо практиковать советский опыт, когда мы искусственно создавали советскую нацию. Не работает это, или работает только для русских. Мы можем сказать: да, я не русский, я советский. Но татарин никогда так не говорил, грузин никогда так не говорил, еврей никогда так не говорил. Мы не должны стесняться говорить о русском народе, как народе ответственном за судьбу страны.

Иначе мы этот стержень подтачиваем у одной части русского народа, а, с другой стороны, у некоторой части русских порождаем то, что может развалить Россию – радикальный национализм. Пусть это значительно меньшая часть общества, но она очень опасна в нашей ситуации.

На Украине это сработало как мина. По сути дела, там миллионов 25 русских. Не меньше. А где они? Хорошо, что в восточной части, особенно поколение постарше, идею единой страны и единого народа сохранило.

И то, что среди ополченцев воюют добровольцы из западных стран – и их становится больше, а не меньше – ими движет антиамериканизм, а не любовь к России или Украине Фото: Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН
И то, что среди ополченцев воюют добровольцы из западных стран – и их становится больше, а не меньше – ими движет антиамериканизм, а не любовь к России или Украине | Фото: Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

«ЗАПАД НАС ЭЛЕМЕНТАРНО КИНУЛ»

- Бытует мнение, что у президента Путина была некая неформальная договоренность с главными западными лидерами: мол, они позволят ему спокойно провести Олимпиаду в Сочи, не форсируя украинский кризис…

- Про договоренности не скажу, но, насколько мне известно, позиция нашего президента была: хотите, давайте проведем внеочередные выборы в 2014 году, без кризиса. А они, особенно наши американские друзья – кивали головой, кивали, кивали, кивали, а сами делали дело. То есть, вроде бы с нами соглашались и даже подписали договоренности с Януковичем, но повели все так, что ему ничего не оставалось, как бежать. Мне кажется, мы все недооценили, что Соединенные Штаты Америки таким рьяным образом влезут на Украину.

- Вы считаете, с учетом того, что на Майдане в феврале 2014-го тон уже задавали экстремисты, гаранты соглашения – Германия, Франция и Польша – могли добиться его соблюдения?

- Конечно, они могли это остановить. Но даже попытки не было сделано.

Нас просто обманули. И сейчас со злорадством говорят – причем на хорошем уровне, не просто политологи, а люди, принимающие решения: «Он же сбежал!». А он сбежал, потому что от вас нельзя было не сбежать. И вот их отношение к нашему президенту и к России заложило основы для наших дальнейших жестких решений.

«КРЫМ – ЭТО ДАР БОЖИЙ»

- Да, уж, после февраля действовать стали решительно. И все же: Крым и Новороссия - это было воплощение какого-то стратегического плана или импровизация?

- Крым, я честно говорю, как верующий человек – это дар Божий. От Путина и России требовалось только руки подставить, и оно само свалилось. В этом даже что-то мистическое было. Заслуга России и Путина в данном случае, что мы очень быстро прореагировали на ситуацию. Чуть помедлили бы – и пропустили... Татары передрались бы с остальным населением, и вмешалась бы эта банда, которая называется всякими там секторами, и пошла бы кровавая рубка.

- И в качестве миротворцев пришло бы НАТО…

- Или нам пришлось бы с боями входить. А тут очень быстрая и даже моментальная реакция на события, что не характерно для России и даже Советского Союза.

ПОЧЕМУ ВОССТАЛ ДОНБАСС И НЕ ВОССТАЛ ХАРЬКОВ

- После переворота 21 февраля антимайданное протестное движение началось в широком юго-восточном поясе от Харькова до Одессы. Что потом не так пошло?

Трудно сказать. Стрелков утверждает, что в апреле-мае нужно было более активное вмешательство России, то есть появление наших подразделений там. Тогда бы пошло. Мне кажется, что после жесткого подавления протестов в Одессе, не хватило критической массы. Процентов 60-70 населения в Харькове, Одессе, Запорожье и сейчас антикиевски настроены.

Но, видите, сыграло роль все-таки, что население, симпатизирующее нам, это люди старше 40. И они мысленно пассионарны, а физически нет. Это уже не те люди – в отличие от шахтеров и трактористов Донбасса, которые выходят на баррикады и сражаются. А молодежь мы потеряли.

- Решительно настроенные люди считают, что и сейчас не поздно дойти до Днепра…

- Расчехвостить Украину, раздробить ее, можно, конечно, но это что означает? Все, что за Днепром - это польское что ли, или американское? А мне кажется, все, что за Днепром, ну, за исключением самых западных областей Украины, должно быть дружественным нам. Мы все-таки один народ.

- Другие говорят, что надо признавать ЛНР и ДНР.

Во-первых, это лишь половина Донбасса. Во-вторых, если Донбасс уйдет от Украины, то и Харьков задавят, и Одессу задавят окончательно. А если он останется, то и другим легче будет.

- Будут ли работать Минские соглашения?

Люди Донбасса, которые воевали и потеряли близких своих, не хотят возвращаться к Украине. Ну, не хочет народ быть в Украине. Как их заставить? Очень сложно. Тут нужна очень грамотная, гибкая, тонкая политика Киева. А она пока не просматривается. Я так понимаю, что наши представители на Украине считают, что Порошенко хочет проявить гибкость, а ему просто не дают. Но, на мой взгляд, чего-то не похоже, чтобы хотел.

Ведь Киев упустил много шансов. Федерализация – работала до лета, и могла бы пройти. И это давало шанс Киеву без всяких жертв и без всякой войны сохранить государство. Они на это не пошли. Виноваты не только они, виноваты те, кто их науськивал, для кого украинский кризис это средство борьбы с Россией.

Мне кажется, на ближайшие 2-3 года мы имеем перспективу затяжного кризиса на Украине с вооруженными столкновениями, а иногда и с продолжением боевых действий.

Но Минские договоренности - это все-таки шанс. Они снижают количество жертв. А, с другой стороны, дают передышку Донбассу, чтобы как-то восстановиться. Устраивать жизнь, настоящую внутреннюю жизнь. И экономику, и культуру, и социальную сферу. В состоянии войны этого не сделаешь.

«ЕСЛИ МЫ НАЧНЕМ ДЕЛАТЬ УСТУПКИ, НАС ПРОСТО ДОБЬЮТ»

- Американцы не скрывают, что Крым и Донбасс они нам не простят никогда…

- А мне кажется, им уже сейчас не совсем сил хватает, а через год, тем более два, их будет еще меньше. Они ведут себя нагло, но не получается у них до конца то, что они планируют. У них на духовном уровне какой-то надрыв. И в экономике есть надрыв. И очень сильно по миру распространяется антиамериканизм. Пакистан, Южная Корея, такого типа страны, которые мы всегда считали «американскими марионетками» – но уже и там антиамериканизм просто зашкаливает. И то, что среди ополченцев воюют добровольцы из западных стран – и их становится больше, а не меньше – ими движет антиамериканизм, а не любовь к России или Украине.

- Так что же может заставить Запад примириться с реальностью?

- Только мощная, развитая и уверенная в себе Россия. Если мы начинаем делать какие-то необоснованные уступки, в отличие от разумных компромиссов, они нас просто добьют.

- Но это еще и самим нужно выдержать. Сейчас все чаще слышишь в бытовых ситуациях: Хорошо, мол, Крым вернулся, а нам-то что с этого? Или: Да, отдать Украине Донецкую и Луганскую область и дело с концом….

- Мы можем принять только одну точку зрения – Донбасс в составе Украины, но это дружественная России Украина. Украина похожа на широкий нож – вот этот нож американцы засовывают нам под дых. От Луганска до Волгограда можно доехать за 4,5 часа на машине, ну, за 5 от силы. Этим путем шел Адольф Гитлер, чтобы отсечь от нас весь Юг: Ростов, Краснодар, Кавказ. Они так же идут. Ничего нового в истории. Отсекают нас от двух портов – Севастополь и Новороссийск, больше у нас портов на Черном море нет.

Или пусть люди представят, что там, на Донбассе, поставят базу противоракетной обороны, которая сможет нейтрализовать наши ракеты в Зауралье. Не секрет, что именно там все наши силы ядерные сосредоточены. То есть мы остаемся без оружия сдерживания.

Поймите, если мы примем сейчас их условия, они все равно будут добиваться своего: смены режима и ослабления России. Следующая – Белоруссия. Сто процентов. Потом Калининград. Они и сейчас готовят уже почву для возвращения Германии Восточной Пруссии. Это уже будет полное окружение и полная изоляция России. Об этом речь идет. Мы не боремся за Донбасс, мы боремся за Россию – независимую, единую Россию. Это Полтавская битва. Если мы сдадимся, Россия будет развалена.

- А вам не кажется, что в свете такой вот откровенной враждебности Вашингтона и пристегнутого к нему Европейского Союза, мы ведем себя с ними слишком мягко, как будто все еще надеемся убедить их в своей правоте?

- Мне кажется, что и президент, и его ближайшие соратники прекрасно понимают, что происходит. Сергей Викторович Лавров, который выглядит таким рафинированным интеллигентом, ведет очень жесткие переговоры и очень жестко бьется. Наши там не кланяются и наши там не улыбаются – те, кто сейчас на переднем крае. У нас либералы все пытаются доказать, что нам нечем ответить. Да есть! Есть сдерживающие факторы и их много. С «Южным потоком» мы очень жестко отреагировали. Реакция там на это очень болезненная. Мы, к сожалению, об этом мало пишем, да и они стараются свою тревогу открыто не демонстрировать. И при всем кризисе – дальше тоже боятся идти. И санкции еще не самые страшные, тоже боятся ими злоупотреблять.

- На прощание хочется услышать что-то оптимистическое.

- Что такое для истории 10 лет? И даже 70 лет советской власти? Это миг один. Так, моргнул глазом. Пройдет время, уйдут эти власти и, поверьте, лет через 7-8 в Киеве очень многие вспомнят, что их друзья и родственники живут в России.

ДОСЬЕ КП

Леонид Петрович Решетников родился в 1947 г. Окончил исторический факультет Харьковского государственного университета. С 1976 по 2009 год работал в Службе внешней разведки (СВР). Последняя должность – начальник информационно-аналитического Управления, генерал-лейтенант. В апреле 2009 года назначен директором Российского института стратегических исследований (РИСИ).

 

 

Russia Insider's Summer Fund Drive is LIVE!

The more you give, the bigger our impact. It's that simple.

Our commenting rules: You can say pretty much anything except the F word. If you are abusive, obscene, or a paid troll, we will ban you. Full statement from the Editor, Charles Bausman.