Враг уже за воротами, а мы все еще выясняем отношения

Саммит Большой двадцатки уже на носу, а встреча Обамы и Путина все еще не назначена

Sat, Nov 14, 2015
|
2,291Comments

Легендарный советский и российский журналист и дипломат, последний министр иностранных дел СССР Борис Панкин считает, что если мировые лидеры не откажутся от лицемерия и не научатся различать настоящие угрозы миру и бороться с ними, то человечество обречено на вступление в новые "Темные века" - в лучшем случае. 

Верлибр написан специально для RI


Да, мир расколот. Да, Запад, чокнутый Крымом, ведет гибридную войну против России. Россия исходит из надежно апробированного тезиса, что лучшая оборона - это наступление. Стороны не дают спуска друг другу. Санкции и контр-санкции. В чужом пиру похмелье для российских легкоатлетов, скопом обвиненных в пристрастии к допингу. Баррикады на границах Евросоюза, которые вопреки многовековому обыкновению с одним исключением в виде Берлинской стены, воздвигаются не протестантами и бунтарями, а властями предержащими против беженцев.

Все так, но было бы безумием предположить, что кто–то из лидеров хотя бы одного из пары сотен легитимных государств  не выразил бы французскому президенту, его парламенту и народу глубокого и искреннего сострадания в связи с трагическими событиями «черной пятницы» ноября нынешнего года. И в отличие от многих других драматических событий, которыми, увы, богаты текущие дни на планете, невозможно себе представить, что кто-то из нормальных обитателей ее  высказал бы отличную от очевидной и неоспоримой точку зрения на происшедшее. При том, что даже роковая гибель редакции «Шарли» или катастрофа российского лайнера над Синаем родили со временем далеко неоднозначные отклики.

advertisement
Значит, есть у нас, землян, что-то общее, объединяющее, такое, перед чем любые разногласия и противоречия, споры и раздоры, неразрешимые, казалось бы, конфликты, отступают далеко на  задний план.

Так почему же мы ждем, когда что- то ужасное в очередной раз свершится, чтобы  в очередной раз предложить жертвам и пострадавшим свои объятия и заговорить с новой силой о необходимости единства? И почему так  быстро остывают эти благие намерения?

Под мы, я имею в виду и лидеров стран и народов, президентов , премьеров, королевских особ, руководителей международных организаций и сообществ, с одной стороны, и так называемых простых людей, которые в первую очередь и страдают от земного несовершенства.

Когда раздались взрывы на парижском стадионе.., первым, кто покинул его, под охраной той самой стражи, которая прошляпила террористов, предоставив сотням болельщиков самим решать свою судьбу, был президент страны Оланд,

Как тут не вспомнить, что первого марта 1881 года Александр Второй, российский император, оставшись невредимым  после первой бомбы, брошенной под ноги его коня, остался на месте трагедии, чтобы облегчить страдания поверженных ею.

Так неужели снова все повторится?! Будет сказан миллион слов гнева и сострадания, лягут сотни тысяч цветов у входов во французские посольства во всех  странах мира, лидеры стран и международных сообществ соберутся на чрезвычайные встречи и саммиты, будут введены еще более жесткие меры безопасности при входе в аэропорты и официальные учреждения, а по существу, все останется без изменения.

И будет так же литься кровь в Сирии, и в Донбассе люди по-прежнему будут гибнуть от шального снаряда или мины и ютиться, старые и малые, в разбомбленных жилищах.

И миллионы беженцев, жертвы затеянных  Соединенными Штатами ближневосточных цветных революций, которые с удовольствием были утилизированы изуверами Игила, будут по-прежнему в отчаянии стучаться в символические  двери Евросоюза, а они будут отнюдь не виртуально, а  все безнадежнее захлопываться перед ними?

Доколе?

Саммит Большой двадцатки уже на носу, а время встречи Обамы и Путина все еще не намечено.

Не настало ли время снова, как в 1985 году обратиться к манифесту Эйнштейна и Бертрана Рассела:

«Мы выступаем не как представители того или иного народа, континента или вероучения, а как люди, как представители человеческого рода, дальнейшее существование которого находится под сомнением. 

Почти каждый человек, который остро чувствует политическую обстановку, питает симпатию или антипатию к той или иной проблеме; но мы хотим, чтобы вы, если это возможно, отбросили эти чувства и рассматривали себя только как представителей одного биологического вида, имеющего замечательную историю развития, и исчезновения которого никто из нас не может желать».

Click here for our commenting guidelines