Пытаясь усидеть на европейском и российском стульях одновременно, Греция рискует упасть

То обращаясь к России за помощью, то отвергая ее, Ципрас рискует поставить под угрозу традиционно теплые российско-греческие отношения, - считает обозреватель RI Александр Меркурис

Перевод с английского Кристины Шумиловой

Владимир Путин на переговорах с Алексисом Ципрасом
Владимир Путин на переговорах с Алексисом Ципрасом

Однажды великий английский историк Алан Тейлор заметил в моем присутствии, что западные политики относятся к России, как к  некоему крану, который можно то включать, то выключать.

Он имел в виду, что Запад всегда прибегает к помощи России, когда его припекает, но не чувствует себя обязанным давать что-то в ответ.

Тейлор говорил о дипломатии, которая привела ко Второй Мировой войне. А сейчас таким же образом начинает выглядеть политика премьер-министра Греции Алексиса Ципраса.

Ципрас был избран премьером благодаря взаимоисключающим обещаниям одновременно отказаться от мер жесткой экономии – и сохранить Грецию в еврозоне.

advertisement
Кажется, ставя такие замечательные цели, он основывался на вере, а не на экономической логике. Я говорил с людьми, которые разделяют эту веру – у них нет никаких запасных вариантов.

Вера Ципраса в свой успех скорее всего зиждилась на представлении, что европейские требования жесткой экономии были блефом, и что Греция является слишком важным участником еврозоны в геополитическом плане, чтобы ее оттуда изгонять.

Вероятно, это и объясняет игры Ципраса с Москвой.

В январе, сразу же после своего избрания, Ципрас первым делом встретился с послом России. Это вызвало шумиху в европейских столицах и заинтриговало Москву.

Через месяц его правительство затем проявило обеспокоенность тем авторитарным способом, каким было принято решение о расширении санкций в отношении российских физических лиц и компаний.

После этого он объявил, что собирается встретиться с Путиным в Москве, что и сделал в марте.

Этот визит привел к ожиданиям крупных сделок и заключению соглашения по строительству газопроводу. Глава Газпрома Алексей Миллер ездил на переговоры в Афины в апреле.

На деле же ничего не произошло. Сделка должна была сопровождаться российской предоплатой в 5 млрд долларов и была готова для подписания 23 апреля 2015. Однако она не была заключена; Миллер вернулся из Афин с пустыми руками.

Надо заметить, что газопровод через Грецию был в чистом виде способом помощи Афинам, а не частью какой-то хитроумной стратегии России.  

Русские должны были быть недовольны подобным оборотом дела, но разочарования не показали.

То, что началось дальше, должно было раздосадовать их еще больше.

Поездка Ципраса в Москву в марте давала основание полагать, что он собирается посетить Парад Победы в Москве 9 мая. Это могло бы стать важным символическим жестом. Ципрас проявил бы самостоятельность по отношению к остальным лидерам стран-членов Евросоюза, которые бойкотировали  это событие. И такой шаг был бы очень популярным в Греции. Отношение к России там прекрасное. Большинство греков воспринимают Россию как собрата  по православной вере, который освободил Грецию от османов. Греки - в отличие от многих европейцев и американцев - также в полной мере осознают огромный вклад России в разгром фашизма во Второй Мировой войне.

И последнее, но важное, многие греки имеют родственные связи с Россией. Кто-то родился там или жил раньше. Такие люди тоже склонны тепло относиться к Россию.

Тем не менее, Ципрас от поездки отказался без каких бы то ни было объяснений. В Греции его за это критиковали даже больше, чем в России.

В последнее время картина повторяется.

Ципрас приезжает на Международный экономический форум в Санкт-Петербурге - что сделало его единственным западным лидером, посетившим данное мероприятие.

Там он опять встретился с Путиным.  

На этот раз газовое соглашение было подписано. Но уже не на таких щедрых условиях со стороны россиян, как  в марте и апреле. О «предоплате», судя по всему, речь уже не идет.

А тем временем, пока Ципрас был в Санкт-Петербурге, его представитель в Брюсселе давал согласие на продление санкций ЕС против России. Сам Ципрас позже официально подтвердил его на заседании Европейского Совета.

На том же заседании Ципрас принял все требования ЕС и МВФ. В противовес тому, что он обещал во время своего избрания, он согласился на ужесточение режима экономии в обмен на продолжение дотаций на выплату долга.

С тех пор он убедился в простой истине: стоит один раз пойти на повожу у шантажистов, и дальше они будут требовать все больше и больше.

Результат неудивителен - теперь Ципрас выглядит человеком, не отвечающим за свои слова.

Русские же свои выводы сделали еще до его приезда в Санкт-Петербург, а потому и ухудшили условия газовой сделки.

Это плохая дипломатия, с какой стороны на нее не смотри.

А если политика Ципраса действительно заключается в том, чтобы разыгрывать европейцев и русских друг против друга, - это плохая политика.

Он не напугал европейцев настолько, чтобы они пошли  на уступки. Напротив, их вся эта история только разозлила и заставила поднять свои требования.

Что касается русских, то их, должно быть, уже «достало» такое поведение греческих “друзей”.

Если Ципрас не собирался ставить на Москву, то и не надо было выдавать авансов.

Ему следовало бы ехать в Вашингтон, а не в Москву. По крайней мере, в США тоже сильны симпатии к Греции, но, в отличие от России, Вашингтон имеет реальные рычаги давления на МВФ и ЕС.

Действуя по принципу «шаг вперед, два шага назад» по отношению к Москве,  он тем самым разом теряет и возможных союзников в Европе и США, и рискует традиционно дружескими отношениями с Россией.

Все, кто знает Россию, знают и о дружеских чувствах русских к грекам.

Если все же Греция выйдет из Евросоюза — что не есть невероятно – ей очень понадобится помощь России. Хочется верить, что мелкотравчатая политика лидеров Греции не испортит к тому времени отношение России к их стране. 

advertisement

Click here for our commenting guidelines